Из истории московских переулков

Из истории московских переулков

Романюк С.К.

Глава XI ИВАНОВСКАЯ ГОРКА

(Между Маросейкой, Покровкой и Солянкой)

Эти места - одни из самых живописных в центре города. Крутой склон, обрывающийся к низменным берегам Москвы-реки и Яузы, пересекается множеством извилистых переулков - их здесь 15. Даже сейчас они застроены не плотно, и неожиданно крутые их повороты открывают перед путником красивые виды на город.

Подножие холма огибает Солянка - старинный путь во Владимир и Рязань, а наверху, по бровке его, проходила дорога из Кремля в село Стромынь - теперешние улицы Маросейка и Покровка. Южный склон холма, хорошо освещенный солнцем, издавна использовали для разведения садов. Они упоминаются еще в XV в., а церкви и монастыри именовались в "садех". С начала XV столетия это место облюбовали себе под загородный двор московские великие князья. В завещании Василия 1, написанном в марте 1423 г., этот двор именуется еще "новым": "...даю сыну своему, князю Василию..: за городом новый двор у Святого Володимири" (т. е. у церкви Владимира, здание которой находится в Старосадском пер.). По соседству была и летняя резиденция московских митрополитов. В этих же местах находились подгородные боярские усадьбы.

Подколокольный переулок, соединяющий Солянку с Бульварным кольцом и районом Курского вокзала, отходит от нее вверх там, где улица делает поворот к Яузским воротам. У самого начала переулка, на развилке, зрительно очень выигрышно поставлена церковь Рождества, "что на стрелке". В Центральном историческом архиве города Москвы хранится проектный чертеж 1800 г. трапезной и колокольни, подписанный архитекторским помощником Дмитрием Балашовым. Долгое время церковь была занята разными медицинскими учреждениями, но в 1991 г. передана общине верующих.

На другом углу переулка - постройки 1893 г. (№ 1, архитектор И. Г. Кондратенко). Одна из них - пятиэтажный дом во дворе, который включил в себя капитально перестроенное здание усадьбы Бутурлиных. Она была в 1791 г. продана Н. Н. Демидову графом Дмитрием Петровичем Бутурлиным, знаменитым библиофилом, владельцем одной из самых больших в Европе библиотек.

В 1819 г. дом приобрела Практическая коммерческая академия, первое учебное заведение, специально предназначенное "для приготовления юношества, посвящающего себя торговле и промышленности", необходимых для деятельности в области торговли. Дом для нее перестраивал архитектор В. А. Балашов. Через некоторое время поднялся вопрос о приобретении собственного здания, и в 1839 г. был куплен большой особняк на Поповском бульваре, и в конце августа 1847 г. занятия студентов академии начались в нем.

Несколько далее на углу с Подкопаевским переулком находится памятник архитектуры - церковь Николы, "что в Подкопаеве". Название этого урочища - Подкопаево, вероятнее всего, произошло от фамилии владельца двора поблизости, хотя есть и другие версии. По одной из них, некий злоумышленник сделал подкоп под церковь, забрался внутрь, взял икону в драгоценном окладе и полез обратно, думая вынести ее и нажиться. Но не тут-то было - всевышняя сила была настороже и завалила вора в сделанном им же подкопе. Вторая версия объясняет название также подкопом, но на этот раз сделанным не для преступных целей - здесь как будто находился карьер для добычи глины. В первый раз эта местность упоминается в летописи под 1493 г., когда Иван III переселился из Кремля после большого пожара: 28 июля загорелась от свечки Николопесков-ская церковь, и от нее занялся пожар - "воста буря велиа зело, и кинуло огонь... И многа тогда людем скорбь бысть: болши двоюсот человеко згорело людей, а животом безчис-ленно выгоре, а все то погоре единого полудня до ночи, а Летописец и старые люди сказывают: как Москва стала, таков пожар на Москве не бывал". Иван III поселился "у Николы у Подкопаева под конюшнею в крестьянских дворех".

Известно, что каменным здание церкви было уже в 1629 г., но, возможно, построено оно и ранее. Может бытъ, возведение ее связано со строительством здесь великокняжеского двора. Церковь несколько раз переделывали - в конце XVII - начале XVIII в. и в середине XVIII в., когда перестраивали трапезную и возводили колокольню. В результате пожара 1812 г. церковь сильно пострадала, и только в 1855 - 1858 гг. по проекту архитектора Н. И. Козловского ее восстановили (тогда заново выстроили трапезную) и передали для представительства Антиохийского патриархата.

По Подколокольному переулку стоит шатровая часовня, построенная в 1885 г. В бывших церковных помещениях долго находился завод полиэтилена, а теперь тут возобновились службы.

В этом же переулке находится еще один интересный архитектурный памятник XVII - XVIII вв. - так называемые палаты Шуйских (№ 5). Первоначально они были одноэтажными и лишь позднее надстроены двумя этажами. Это множество разновременных построек, из которых самая старая - середины XVII в. - находится с южной стороны (правой, если смотреть с улицы). В начале и в середине XVII в. палаты расширялись и достраивались, надстраивались антресоли. В интерьерах сохранились остатки убранства - двери, печи, паркетные полы.

Возвратимся в Подколокольный переулок. Он выходит на небольшую тихую площадь, бывшую Хитровскую, или попросту Хитровку. Это было "дно" жизни дореволюционной Москвы, незаживающая ее язва. Хитровку исследовали, о ней писали статьи и научные работы, ее пытались лечить, но она дожила без особых изменений до 1924 г. Летом этого года В. А. Гиляровский писал в газете "Известия"; "Только теперь Московский Совет приступил к ликвидации Хитровки... сделано то, о чем прежде и не мечталось. И делается вовремя - летом, когда большая часть обитателей Хитровки расползлась из Москвы".

Свое название площадь получила по фамилии владельца этого места в 20-х гг. XIX в. генерал-майора Н. 3. Хитрово. Он очистил его от остатков построек, сгоревших в пожар 1812 г., и задумал сделать здесь крытый рынок. В течение 1824 - 1825 гг. площадь была спланирована и замощена, построены каменные лавки для торговли мясом и зеленью. Рынок этот оживлялся зимой, перед рождественскими праздниками, когда сюда приезжали сотни возов с замороженными мясом и дичью: "...площадь Хитрова рынка уже не вмещает всех прибывающих возов, - писала газета "Московские ведомости" в 1857 г., - они помещаются по ведущим к ней переулкам и даже на Солянке... Какой, какой живности нет там. Куда ни оглянись, всюду возы с поросятами, телятами, баранами, гусями, утками, курами, индейками, с гусиными потрохами, с говядиной и солониной, с коровьим маслом, дичью".

Позднее, во второй половине XIX в., на площади собирались ищущие работу, и был построен железный навес, под которым весь день слонялись обитатели Хитровки. Постепенно Хитровская площадь превратилась в пристанище людей, выбитых из жизненной колеи, безработных и нищих, в притон уголовников. Окружающие дома превратились в переполненные ночлежки. В дореволюционных московских газетах немало было написано об ужасах Хитровки, но, пожалуй, самую яркую картину оставил Гиляровский. Широко известен его рассказ о посещении Хитровки актерами Художественного театра перед постановкой пьесы М. Горького "На дне". Они побывали в ночлежном доме Ярошенко (Подколокольный пер., II). Когда-то, в начале XIX в., это была усадьба Боборыкиных, главный дом которой стоит до сих пор во дворе. В нем, уже значительно перестроенном, на втором этаже и находилась та комната, где жили переписчики театральных ролей и куда Гиляровский привел артистов. В здании же на самом углу этого переулка и площади, выстроенном в середине XIX в., был притон воров и беглых - трактир "Каторга".

С противоположной стороны, на угол Певческого и Петропавловского переулков, на площадь выходил дом (№ 1/2), где находилась одна из самых известных и страшных хитровских ночлежек. Угловое здание звалось "Утюгом", длинный дом по Петропавловскому переулку - "Сухим оврагом" и все вместе - "Свиным домом". Когда-то здесь была усадьба, принадлежавшая капитану С. И. Свиньину и его наследникам. По их фамилии и Певческий переулок до 1929 г. именовался Свиньинским. Великолепный барский дом, стоявший посередине теперешнего двора, попал как одно из красивейших зданий Москвы в "Альбомы" архитектора М. Ф. Казакова. В "Свиной дом", а особенно в "Сухой овраг", полиция, по словам Гиляровского, боялась и показываться. Ночлежка эта прозывалась еще "Кулаков-кой" по фамилии владельца дома перед Октябрьским переворотом, потомственного почетного гражданина И. П. Кулакова, бывшего буфетчика в трактире "Каторга". Он, разбогатев, купил усадьбу в селе Константинове, на родине Есенина. Дочь владельца, Лидия Ивановна Кашина, приезжала в Константиново, и с нею, "молодой, интересной и образованной женщиной", был знаком поэт.

Ты знаешь,
Он был забавно
Когда-то в меня влюблен, -

говорит Анна Онегина, героиня одноименной поэмы, прототипом которой была Л. И. Кашина. Ей же было посвящено и стихотворение "Зеленая прическа". В советское время она жила в Москве, в Скатертном переулке, работала переводчицей, машинисткой. Скончалась в 1937 г., и немногие знают, что Сергей Есенин и прототип его "Анны Снегиной" похоронены недалеко друг от друга, на Ваганьковском кладбище... На другом углу Петропавловского переулка в доме действительного статского советника С. С. Румянцева (№ 12/1) находились два трактира также с дурной славой: в "Пересыльном" собирались нищие и барышники, а "Сибирь" облюбовали воры, картежники и скупщики краденого. Недалеко от него, уже в Петропавловском переулке, стоит прекрасный архитектурный памятник московского барокко - церковь Петра и Павла, "что на Кулишках" (№ 4), построенная & 1700 - 1702 гг. Главный ее престол освящен во имя Знамения Пресвятой Богородицы, южный придел - Казанской иконы, а северный - апостолов Петра и Павла. Она известна по документам с начала XVII в., но находилась здесь значительно раньше. Церковь называлась также "у Старых конюшен" или "Петра и Павла Высокого" и "что у Яузских ворот на горке". Эти последние наименования отражают очень выгодную постановку ее здания на высоком и крутом берегу у впадения Яузы в Москву-реку. В церкви находятся известные иконы Богоматери - Боголюбская, бывшая ранее в часовне у Варварской башни Китай-города, и Грузинская из разрушенной церкви у Воронцова поля. Колокольня, возведенная в 1771 - 1772 гг., гармонично дополняет ее изящный восьмерик. Напротив - небольшой домик священника (№ 5), построенный, возможно, в начале XIX в. Возвратимся к небольшой площади в центре Подколокольного переулка. После ликвидации Хитровки посередине ее было построено типовое здание школы, и площадь превратилась в один из тихих московских уголков, где уже ничто не напоминает о страшном "дне" Москвы. От этой площади отходит небольшой Хитровский переулок. На его углу в 1929 г. был построен жилой дом с коридорной системой планировки по проекту архитектора М. В. Крюкова (№ 2/13). В этом переулке в XVIII в. находилась усадьба дипломата графа Ф. А. Остермана. В семье Остерманов воспитывалась мать замечательного русского поэта Федора Ивановича Тютчева, к которой по дарственной в 1806 г. перешла эта усадьба. Главное здание сохранилось - оно стоит торцом к переулку во дворе дома № 2. Здесь прошли детские годы Тютчева, здесь же родилась его сестра Дарья. В начале 1810 г. Тютчевы продали этот дом купцу д'Изарну Вилефору, известному в истории 1812 г. своими воспоминаниями о занятой французами Москве, и купили большую усадьбу в Армянском переулке. Дом же в Хитровском переулке вскоре после 1812 г. перешел в казну, и в нем разместилась Мясницкая полицейская часть. Над домом была выстроена деревянная пожарная каланча. Ее в 1925 г. предполагали оставить на доме "как памятник уходящего быта". В здании полицейской части работал и там же жил врач Д. П. Кувшинников, выбравший для медицинской практики самый бедный участок. Его жена, талантливая художница, в течение нескольких лет была, по ее словам, "ученицей, товарищем по охоте, другом Левитана". У нее на втором этаже этого дома собирались художники и артисты, часто бывали А. И. Сумбатов-Южин, А. П. Ленский, Т. Л. Щепкина-Куперник, А. П. и М. П. Чеховы, И. И. Левитан, в свои приезды в Москву обязательно заходил И. Е. Репин. Для А. П. Чехова хозяева квартиры послужили прототипами рассказа "Попрыгунья", из-за чего он с Левитаном долгое время был в ссоре. Сама Кувшинникова кончила почти так же, как герой "Попрыгуньи" доктор Дымов - она умерла летом 1907 г., заразившись тифом, ухаживая за одинокой художницей.

В этом же доме некоторое время содержался под арестом Маяковский за организацию побега политических заключенных. В Хитровский переулок выходит интересный фасад флигеля (№ 3), декоративная обработка которого свидетельствует о когда-то богатой усадьбе, главный дом которой, существенно перестроенный, стоит в глубине участка. В XVIII в. усадьба принадлежала Лопухиным и Волконским, а в 1792 г. перешла к богатому купцу Афанасию Кирьякову. В этой усадьбе 25 декабря 1871 г. родился выдающийся композитор А. Н. Скрябин. Ее главный дом находится в глубине участка. К концу XIX в. здесь также обосновалась ночлежка. Ее занимали обитатели "рангом" выше, чем другие хитрованцы - мастеровые, поденщики и особенно портные, которых звали "раками", так как они, пропив одежду, не могли выходить из своих "нор".

На углу переулка - здание церкви Трех Святителей, "что в Кулишках". По преданию, здесь был загородный двор московских митрополитов, а рядом стояли великокняжеские конюшни (церковь тогда была во имя Фрола и Лавра, покровителей лошадей). После пожара 1547 г. конюшни перевели в Чертолье, на то место, где теперь музей изобразительных искусств, а церковь стала называться "что у старых конюшен". Нынешнее ее здание с далеко выдвинутыми апсидами первого этажа построено в 1669 - 1674 гг., но с тех пор неоднократно перестраивалось.

По названию этой церкви соседние переулки именуются Большим и Малым Трехсвятительскими. Между ними в XVIII в. стояли деревянные хоромы, окруженные службами. От этой застройки сохранился лишь первый этаж небольшого здания (№ 2/1)в Большом Трехсвятительском переулке. В этом владении в 1850 - 1860-х гг. помещалась редакция журнала "Русский вестник", издаваемого М. Н. Катковым. В то время в нем сотрудничали С. Т. Аксаков, Ф. М. Достоевский, А. Н. Островский, Л. Н. Толстой - цвет русской литературы. Здесь родилась одна из самых известных газет старой России - "Русские ведомости". В 1870-х гг. участок переходит к предпринимателям Морозовым, застраивающим его складскими зданиями. При советской власти здесь находилось Центральное статистическое управление, теперь же научно-исследовательский институт.

Дом рядом (Малый Трехсвятительский пер., 3) был занят евангелическо-реформатской церковью, для которой со двора пристроен зал и изменен фасад (1865, архитектор Г. фон Ниссен).

В Большой Трехсвятительский переулок выходит этот же церковный участок, и на нем в 1913 - 1915 гг. архитектором А. Э. Эрихсоном было выстроено здание училища (№ 4), где сейчас помещается средняя школа. В ней учились поэт В. М. Гусев, полярник Э. Т. Кренкель, пианист Л. Н. Оборин, кинорежиссер Е. Л. Дзиган.

Рядом со школой - большой доходный дом (№ 6), построенный в 1913 г. (архитектор И. А. Герман). Часть его включает в себя здание известного в конце XIX в. ночлежного "ляпинского" дома, названного так по фамилии владельцев купцов М. и Н. Ляпиных. Ночлежка была бесплатной, и в ней селились почти исключительно нищие, которые собирались под длинным навесом задолго до открытия. Эта сцена воссоздана на картине В. Е. Маковского "Ночлежный дом", на первом плане которой, как предполагают, изображен художник А. К. Саврасов. В декабре 1881 г. ляпинский дом посетил Л. Н. Толстой. "Взойдя на гору, - писал он, - мы подошли к угловому большому дому. Большинство людей, шедших со мною, остановились у этого дома. По всему тротуару этого дома стояли и сидели на тротуаре и на снегу все такие же люди". Под впечатлением увиденного Толстой написал свою знаменитую статью "Так что же нам делать?", в которой резко ставил вопрос о нищете в Москве.

В Большом Трехсвятительском переулке привлекает внимание обширный сад, выходящий еще в два переулка - Хохловский и Подкопаевский. В глубине сада - двухэтажное здание (№1), на фасаде которого есть архитектурные детали в псевдорусском стиле - результат переделки его архитектором Г. Черником в 1860-х гг. Возможно, что в основе своей это здание весьма древнее. В 1772 г. участок принадлежал князю С. Д. Кантемиру, сыну молдавского господаря Дмитрия. Одна из последующих владельцев, бригадирша Д. Н. Лопухина, устроила здесь частное училище, считавшееся образцовым. В нем учился А. И. Дельвиг, двоюродный брат поэта Антона Дельвига и будущий строитель московского водопровода. Позднее дом принадлежал знаменитому предпринимателю середины XIX в. "откупщицкому царю" В. А. Кокореву, разбогатевшему на питейных откупах. Он был одним из богатейших людей в России - состояние его оценивалось в 8 миллионов рублей. Дом в Трехсвятительском, как вспоминали современники, был им "куплен в развалинах, возобновлен самым безобразно-роскошным образом". Кокорев сдавал его под меблированные комнаты и гостиницу.

От него дом перешел к М. Ф. Морозовой, сын которой Сергей Тимофеевич, известный меценат, вложивший много труда и средств в становление музея кустарных изделий, был также и любителем-художником. На втором этаже небольшого двухэтажного домика во дворе у него была оборудована мастерская, а внизу находились жилые комнаты. Морозов почитал талант Исаака Ильича Левитана, которому и предоставил этот дом. С осени 1889 г. Левитан работал в нем, а потом и жил. По воспоминаниям, у дома росли большие кусты сирени, внизу находились жилые комнаты, пол в которых был затянут серым сукном, а наверху, куда вела витая лестница, - прекрасная светлая мастерская. В этом скромном домике им были написаны почти все лучшие картины, здесь он стал знаменитым, превратился в великого мастера пейзажа - некоторые художники считали даже, что после Левитана пейзажисты уже больше не нужны, он исчерпал все, что можно было сделать в русской пейзажной живописи. В этом же доме В. А. Серовым был написан известный портрет Левитана. У него в мастерской бывали многие художники, а также Шаляпин, Тимирязев и, конечно, А. П. Чехов. Последний раз он приехал сюда в мае 1900 г., а уже 22 июля Левитана не стало. Он тяжело болел, здоровье его было подорвано еще в молодости. О Левитане как-то было сказано, что "он много мыслил и чувствовал, много работал и долго хворал - это была его жизнь". Печальная процессия 25 июля 1900 г. вышла из этого дома и направилась на Дорогомиловское кладбище. Левитана провожали его друзья - В. А. Серов, приехавший из-за границы, А. М. Васнецов, К. А. Коровин, И. С. Остроухов, множество знакомых и почитателей.

Летом 1918 г. главный дом бывшей усадьбы превратился в штаб-квартиру левых эсеров. После провокационного убийства германского посла Мирбаха началось восстание левых эсеров против диктатуры большевиков. Здесь, в этом доме, обосновался отряд ВЧК под командованием левого эсера Попова. В отряде насчитывалось 800 человек, 8 орудий, 2 броневика и с десяток пулеметов. Эсерам удалось арестовать прибывшего для переговоров Дзержинского и еще нескольких руководителей.

Туманным утром 7 июля 1918 г. части латышской дивизии под командованием И. И. Вацетиса начали наступление на главный опорный пункт в Большом Трехсвятительском переулке, где восставшие поставили орудия, обстреливавшие Кремль. Вскоре все было кончено - эсеры бежали из дома, и заложников освободили.

В бывшем морозовском владении в 1931 - 1932 гг. было построено здание для Машиностроительного вечернего рабочего института имени И. И. Лепсе по проекту Ф. С. Ревенко. Позднее здесь находился Торфяной институт, а теперь Институт электронного машиностроения.

В соседнем Хохловском переулке сохранился любопытный памятник XVII в. - каменные палаты (№ 7), выстроенные "глаголем" (т. е. в виде буквы "г"), дьяка Емельяна Украинцева, известного дипломата Петровского времени. В 1689 - 1699 гг. он управлял Посольским приказом, был послом в Турции (возможно, именно он привез в Россию Ибрагима Ганнибала), Швеции, Голландии, участвовал в заключении многих договоров. Позднее Украинцев стал главой Провиантского приказа, но, как многие его коллеги в то время, был уличен в злоупотреблениях и, несмотря на 60-летний возраст, подвергнут телесному наказанию. В 1709 г. двор дьяка передали князю М. М. Голицыну, сподвижнику Петра 1, генерал-фельдмаршалу, участвовавшему чуть ли не в каждой войне Петровского времени - в подавлении восстания стрельцов, в войне против Турции, Швеции - в битвах при Нотебурге, Добром, Лесной и, в особенности, при Полтаве, где он командовал гвардией. Потом дом перешел к его сыну Александру, также генерал-фельдмаршалу и известному военному деятелю, отличившемуся в войне против Турции в 1769 г. Затем весь обширный участок был приобретен казной, и в декабре 1770 г. в старинные палаты переехал архив Коллегии иностранных дел. Как писал мемуарист начала XIX в. Ф. Ф. Вигель, "для хранения древних хартий и копий с договоров ничего нельзя было приискать безопаснее и приличнее сего старинного шкапа с железными дверьми, ставнями и кровлею".

Архив был одной из достопримечательностей Москвы:

поэт начала XIX в. Владимир Филимонов так писал о нем:

Вот на Ивановской горе старинный,
И стариной своей красив,

Образчик теремов, весь в окнах узких, длинный Дипломатический Архив. Для нашей юности дворянской В нем основался быт гражданской: Рассадник на Руси до нынешних годов Вождей, сановников, певцов.

Архив в начале XIX в. был весьма престижным местом для дворянской молодежи, которая по тем или иным причинам не желала надевать военный мундир. Там служили братья Веневитиновы и Тургеневы, В. Ф. Одоевский, А. И. Кошелев, Д. Н. Блудов, А. К. Толстой, С. А. Соболевский и многие известные впоследствии деятели русской культуры. Это о них писал А. С. Пушкин в седьмой главе "Евгения Онегина":

Архивны юноши толпою
На Таню чопорно глядят,
И про нее между собою
Неблагосклонно говорят.

Сам Пушкин хорошо знал эти старинные палаты - в 1836 г. он приезжал сюда для работы над архивными документами.

Архив помещался тут до 1874 г., когда его перевели на Моховую. В конце 1875 г. палаты были переданы Московскому отделению Русского музыкального общества для классов молодой еще тогда консерватории, не имевшей собственного здания. В 1882 г. огромный участок переходит к нотоиздателю П. И. Юргенсону. В бывших палатах дьяка поместилась нотопечатня, в которой впервые увидели свет почти все произведения П. И. Чайковского. В 1895 г. Юргенсон расширяет свое дело, строя новое фабричное здание по проекту друга молодости Чайковского архитектора И. А. Клименко. П. И. Чайковский, хорошо знавший эти места, часто бывал у Юргенсона и даже хотел поселиться здесь: "Я ужасно люблю твой отставной архив с его феноменально толстыми стенами, с его живописным положением и характерностью", - писал он.

На крутом повороте переулка, ведущего к Бульварному кольцу, стоит церковь Троицы. Известно, что она была здесь в 1636 г., но со временем пришла в ветхость. Новое здание церкви было выстроено женой окольничего И. И. Чирикова Евдокией Абрамовной. Она, "сетуя безутешно о кончине дочери своей Неонилы, в цвете лет своих скончавшейся, заложила 1696 года апреля 1-го ныне видимый нам храм и на отстроение оного употребляла изготовленное для замужество дочернее приданое", - рассказывает историк А. Ф. Малиновский.

В трапезной - придельный храм Владимирской Божьей Матери (одновременный храму) и храм Дмитрия Ростовского, освященный в 1757 г. Колокольня - середины XVIII в.

Это типичный образец "нарышкинского барокко" с его композицией восьмериков на четверике, сочетанием белых орнаментальных деталей и кирпичных стен, резных наличников, угловых колонок.

По словам осведомленного москвича, в прошлом веке Троицкая церковь славилась своей феноменальной бедностью, ибо приход ее был небольшой, да в нем жило и немало иноверцев. "Митрополит Филарет обратил такие убогие приходы, как церковь Троицы, как бы в исправительные колонии для тех членов своего клира, которые провинились в незначительных проступках - переводил их из сравнительно богатых приходов в бездоходные".

В ходе реставрации над куполом поставлен прекрасной работы крест, восстановлены наличники, вновь засияли изразцы, выполненные, возможно, знаменитым мастером Степаном Полубесом.

На противоположной стороне - дом № 13, правая часть которого впервые обозначена на плане 1818 г. Потом дом надстраивался, слева делались пристройки. В нем последние годы жизни провел писатель С. Г. Скиталец-Петров.

Спустившись вниз с холма, можно выйти к Покровке Колпачным переулком, который был назван по жившим здесь ремесленникам, делавшим головные уборы. Дом № 1, на закругленном углу которого еще недавно был изящный эркер, построен полковником А. Н. Озеровым в 1802 г. На первом его этаже в 1830-е гг. находилась "Покровская" аптека Миндера. Во второй половине XIX в. дом, как и большой участок, выходивший своей задней границей на Покровский бульвар, принадлежал Молчановым, в продолжение многих лет бывших старостами церкви Троицы в Грязях. Один из них - Евграф Владимирович Молчанов - был и храмоздателем нового здания церкви, выстроенного по проекту архитектора М. Д. Быковского в 1861 г. Есть сведения, что дом Молчановых был украшен скульптурами И. П. Витали. В конце XIX в. весь участок перешел к владельцам известного тогда заведения церковной утвари Оловянишниковым.

Дом № 3 - отреставрированные палаты середины XVIII в., принадлежавшие фабрикантам Колосовым. Рядом с ними - владения (№ 5 и 7), принадлежавшие перед Октябрьским переворотом баронам братьям Андрею и Федору Кнопам. Начиная с 1846 г. контора их отца Льва Кнопа занималась поставкой английских текстильных машин для российских фабрик. Дело было организовано так широко, что в Англии несколько машиностроительных заводов работало исключительно на русский рынок. Кноп со временем стал монополистом на русском хлопковом и текстильном рынках. Тогда ходила даже поговорка: "Что ни церковь - то поп, что ни фабрика - то Кноп". В начале XX в. братья Кноп стали активно участвовать и в деятельности русских банков. Особняк А. Кнопа (№ 5) с башней, подражающей средневековым, был построен в 1900 г. архитектором К. В. Трейманом. В 1920-х - начале 1930-х гг. в нем помещалось представительство Украинской ССР, в 1932 - 1936 гг. в Комитете по высшему техническому образованию при ЦИК СССР работал Г. М. Кржижановский.

Дом № 7 - бывший особняк Ф. Кнопа, - в основной своей части, возможно, постройка еще XVIII в. В 1869 г. фасад дома был изменен, к нему сделали пристройки (архитектор Б. В. Фрейденберг).

Еще один особняк (№ 9) был построен для владельца нотоиздательской фирмы Г. П. Юргенсона в 1912 г. архитектором В. Д. Глазовым. Этому же архитектору принадлежит и проект дома № II, построенного тогда же для врача-окулиста К. В. Снегирева, женатого на одной из дочерей Юргенсона. Здесь у него была амбулатория, в которой он проводил прием пациентов, а его глазная лечебница находилась в доме по Хохловскому переулку (№ 1).

В начале переулка на месте дома № 2 в конце XVIII - начале XIX в. стоял деревянный казенный питейный дом, называвшийся "Колпашным". Рядом с ним по Покровке для купца А. С. Ушакова было построено каменное двухэтажное здание, а в 1804 г. его продолжили на место бывшего питейного дома. Нижние два этажа дома № 4 еще XVIII в.; в 1906 г. надстроили еще два этажа, и все здание было приспособлено по проекту К. К. Гиппиуса для женской гимназии. В ней училась Ольга Шульц, будущая известная артистка О. Н. Андровская. Рядом слева - небольшое двухэтажное здание, выполненное по проекту известного московского архитектора Л. Н. Кекушева в 1902 г.

Во дворе жилого дома № 6 находится интересный и малоизвестный архитектурный памятник - дворец Долгоруких, построенный в 1764 г. с использованием старых, еще XVII в., палат, остатки которых видны в западной части дома. Первые владельцы палат неизвестны, а в начале XVIII в. ими были Бутурлины, потом князь К. С. Кантакузен, у которого он и в 1744 г. были куплены князем А. А. Долгоруким. Впоследствии он приобрел два соседних участка и начал перестраивать старые палаты, значительно их увеличив. Чертежи их были подписаны архитектором В. Я. Яковлевым. Фасад и план дома Долгорукова помещены М. Ф. Казаковым в его альбом наиболее примечательных московских зданий.

Этот редкий памятник был варварски изуродован при постройке "шедевра" жилой архитектуры - соседнего дома, но в последнее время восстановлен.

Далее по переулку - здание, выходящее за красную линию (№ 10). Оно - один из редких в Москве памятников гражданского зодчества конца XVII столетия. Возможно, что нижний этаж относится и к более раннему времени. На втором этаже палат находились парадные и жилые помещения владельцев, а на первом - помещались слуги, находились кладовые и подсобные помещения. Для того, чтобы увидеть столь характерные для "московского барокко" декоративные детали, надо войти во двор, где с левой стороны находится крыло здания. Это здание, по преданию, принадлежало гетману Ивану Мазепе, как и весь большой участок, выходящий в соседний Старосадский переулок.

В этом переулке немало исторических и архитектурных памятников. Среди них - дом с классическим портиком (№ 5), построенный между 1817 и 1819 гг. купцом Е. Ф. Киппеном. Он живописно расположен - в глубине парадного двора, окруженного флигелями. В правой части главного дома при реставрационных работах был найден фрагмент строения середины XVIII в. с барочным наличником. В конце XVII в. здесь находилось большое владение боярина Петра Лопухина, дяди царицы Евдокии, первой жены Петра 1.

В 1844 г. санктпетербургский купец К. X. Толь перестраивает флигель справа и надстраивает его вторым этажом, а коллежский регистратор "из дворян" И. А. Чернов в 1857 г. строит флигель слева. Позади главного дома был большой сад, доходивший до Колпачного переулка (там теперь - пожарная часть). В конце XIX в. весь участок покупает купец Ф. Н. Конкин, владелец фирмы готового платья, имевший магазин в Верхних торговых рядах.

Часть владения (№ 7) в XVIII в. была усадьбой генерал-поручика В. И. Лопухина и перешла к его сыну, публицисту и государственному деятелю И. В. Лопухину. По его воспоминаниям, изданным Герценом за границей, он был "воспитан в рассуждении тела в крайней неге, а со стороны знаний в большом небрежении", но сумел образовать себя сам - стал одним из близких сотрудников просветителя Н. И. Новикова. Служил он советником Уголовной палаты, и "в должности сей принял я себе за правило наблюдать, чтоб невинный не был никогда осужден, так бы и виноватый не избежал бы наказания". Как отметил Герцен в предисловии к "Запискам", "... во всей жизни И. В. Лопухина удивительное единство, он нигде не изменяет своего нравственного склада".

Большой двухэтажный каменный дом Лопухина стоял далеко от улицы, примерно посередине участка. В 1812 г. он обгорел и через пять лет был куплен для лютеранской Петропавловской церкви: прихожане рассудили, что "частик) удобное положение места, частик) выгода, что главное строение можно было употребить для церкви", являются определяющими мотивами покупки. Бывшие тогда в Москве прусский король Фридрих Вильгельм III, кронпринц, а также герцог Мекленбург-Стрелиц положили закладные камни в июле 1818 г.; в следующем году бывший дворянский особняк был переделан, и в церкви началась служба (освящение состоялось 18 августа 1819 г.). В ней в мае 1843 г. выступил Ф. Лист с благотворительным концертом и "доставил обильный сбор" для сирот, воспитывавшихся лютеранским приходом. Это было единственное публичное выступление знаменитого пианиста с игрой на органе. Церковь была переполнена, в ней находилось более 1000 человек, по словам современника, "он очень сильно подействовал на нервы слушателей; некоторые дамы плакали, другие - нюхали эфир". В 1862 г. старинное здание было переделано по проекту архитектора А. А. Мейнтардта с применением готических деталей.

На месте старого здания церкви в 1903 г. начали строить новое по проекту архитектора В. А. Коссова и закончили его в 1905 г. Это одно из немногих московских сооружений, в котором имитируются формы готического стиля. Еще до недавнего времени издалека был виден высокий шпиль, венчавший здание, и под ним башенные куранты. Зал славился своей акустикой, и в нем впервые были исполнены рахманиновские "Колокола". "Оркестр Кусевицкого, большой хор, солисты долго готовили эту премьеру, - писал очевидец, - эмоциональное ее воздействие на аудиторию было сильным, незабываемым... Необычность обстановки способствовала усилению впечатления". Осенью и зимой 1918 г. здесь под управлением В. И. Сука и с участием А. В. Неждановой исполнялся "Реквием" Моцарта. В 1930-х гг. в зале бывшей церкви устраивались органные концерты, в 1936 г. арестовали пастора и церковный совет, и тут обосновался кинотеатр "Арктика"; теперь же здание занято студией "Диафильм".

Справа от него неподалеку стоит часовня, построенная по проекту архитектора Ф. О. Шехтеля, где 24 октября 1993 г. возобновились религиозные службы, а слева - дом для служителей, переделанный из более старого (1879, архитектор А. Е. Вебер). В нем находилось училище при церкви, известное в Москве, как писал современник, "по педагогической выдержанности, от которой в восторге не одни немцы, а и православные москвичи". Для женского отделения училища в 1892 г. было построено (архитектор В. А. Коссов) большое краснокирпичное здание, хорошо видное с Колпачного переулка - в нем помещалась средняя школа.

В Старосадском переулке находится здание (№ 9), известное всем исследователям истории Москвы, любимая "историчка" - Государственная публичная историческая библиотека Российской Федерации. Основой ее фондов явилась библиотека, собранная историком и археологом А. Д. Чертковым в начале XIX в., в ней также находится и несколько знаменитых книжных собраний прошлого столетия - князя А. И. Барятинского, состоящее из шести разных библиотек, приобретенных князем в разное время - археолога П. М. Строева, востоковеда А. И. Гульянова, этнографа А. Ф. Гильфердинга и других; библиотека московского коллекционера А. П. Бахрушина, в которой много книг по истории Москвы; знаменитого историка И. Е. Забелина; своеобразное собрание М. Д. Хмырова, не жалевшего средств на приобретение периодических изданий, которые он разрезал и подбирал по различным темам; библиотеки К. К. Герца (книги по искусствоведению), Н. И. Муравьева-Карского (по военному делу), А. А. Котляревского (по мифологии, этнографии), и многие другие. Фонд одной из самых богатых российских библиотек составляет более трех миллионов единиц хранения.

Здание, в котором работает библиотека, построено для мужской и женской школ Общества приказчиков в 1901 г. (архитектор Б. Н. Кожевников). В него включен и старый дом XVIII в., стоящий торцом к переулку. В конце XVII в. этим участком владеет "подьячий Померной избы" Яков Байбаков. В течение следующего столетия участок переходит из рук в руки, часто выгорает. В 1828 г. его владельцем становится "первостатейный" купец А. А. Куманин, женатый на старшей сестре матери Ф. М. Достоевского. Великий писатель неоднократно бывал в этом доме.

Перед окнами старинного дома расстилался сад, за которым виднелись купола Владимирской церкви, "что в Старых садех". Впервые она упоминается в духовной грамоте великого князя Василия Дмитриевича, написанной в 1423 г., где говорится о новом дворе за городом у святого Владимира, который князь завещает своему сыну вместе с вотчиной - "великим княженьем".

В 1514 г. "князь велики Василий Иванович всеа Руси по-веле заложить и сделати церкви каменые и кирпичные на Москве". Всего было заложено II церквей, "а всем тем церквем был мастер Алевиз Фрязин". Похоже на то, что от созданного Алевизом ничего не осталось - во второй половине XVII в. старую постройку разобрали и выстроили новую (южный придел - 1677 г., северный - 1689 г.), в некоторых своих частях во многом имитирующую старые формы. Колокольня была выстроена также заново на старом основании.

В советские времена церковь уцелела, видимо, только потому, что понадобилась всемогущему ведомству: 28 января 1933 г. президиум Моссовета рассматривал ходатайство о закрытии церкви "так называемого Владимира" и постановил: "принимая во внимание: 1) острую необходимость в помещении для ОГПУ и 2) пригодность для этой цели помещения церкви „т. н. Владимира", ее закрыть и передать ОПТУ".

Еще недавно церковь находилась в ужасном состоянии, без глав, ободранная, но во время реставрации в 1960 - 1970-х гг. восстановили главы с барабанами, кирпичные кокошники, оформление глав переплетенными жгутами, пояс кокошников, главку северного придела.

В последнее время в церкви было хранилище книг Исторической библиотеки, а в 1991 г. в ней уже возобновились службы.

Вернемся к началу переулка - за изящной церковью Космы и Дамиана, постройки великого Казакова, по которой переулок до 1922 г. назывался Космодамианским, в 1971 г. было построено административное здание для химического министерства, своим обликом резко диссонирующее с архитектурным памятником. (Архитекторы А. А. Моисеев, Ф. И. Мещанов, Е. П. Рощин).

Церковь возведена в 1791 - 1793 гг. по заказу владельца дома напротив (Маросейка, 17), подполковника М. Р. Хлебникова, бывшего помощником у фельдмаршала П. А. Румянцева-Задунайского. Отделка тянулась довольно долго, так как основной ревнитель постройки храма уехал отсюда и, надо думать, потерял интерес к украшению его. Только в 1803 г. удалось завершить церковь.

Отличительной чертой этой постройки было использование в компоновке традиционных частей церковного комплекса - собственно церкви, трапезной и колокольни - простых геометрических объемов, нескольких цилиндров, почти ничем не украшенных. Из круглого здания церкви с главным престолом во имя Иисуса Христа, исцелившего расслабленного, выступают три объема - апсиды и двух приделов - св. Космы и Дамиана и св. Николая. Трапезной, которая одна имеет прямоугольные очертания, церковь соединяется с параллелепипедом колокольни, увенчанным высоким и узким цилиндром яруса звона. Все в композиции ясно и четко, и любопытно отметить, что эти формы настолько полюбились, что они были не однажды воспроизведены в провинции.

В феврале 1933 г. Моссовет распорядился "передать здание Управлению рабоче-крестьянской милиции г. Москвы для использования по специальному назначению". В продолжение многих лет церковное здание использовалось в самых разных целях, ограду перед ней сломали, "возвели" деревянный павильон с пивной, и только недавно здание храма было возвращено верующим.

Далее, на правом углу с Петроверигским переулком, доходный дом, выстроенный в два приема - в 1878 и 1904 гг. В нем в 1920-х гг. жил венгерский писатель, участник революции в Венгрии 1919 г. Бела Иллеш. На другом углу того же переулка проектировался большой доходный дом (№ 6) Саровской пустыни (здесь еще в XIX в. находилось ее подворье), но из-за трудностей военного времени была построена только часть его, и та осталась неоштукатуренной (1913 - 1916 гг., архитектор И. Т. Барютин). Под одним номером (№ 8) - два дома, надстроенные в 1930-х гг. В составе правого дома - палаты XVII в., сохранившиеся в части его, выходящей во двор (напротив дворовой арки). Фасад дома после пожара 1812 г. приобрел классические черты. Дом принадлежал И. Е. Салтыкову, брату русского писателя-сатирика М. Е. Салтыкова-Щедрина, который часто останавливался здесь, приезжая в Москву. Левое здание - "шикарный" купеческий особняк - было построено в 1878 г. архитектором К. В. Терским. Другой известный писатель - Осип Мандельштам - также останавливался в этом переулке и тоже у брата: в середине 1920-х и начале 1930-х гг. он жил в одной из квартир на третьем этаже большого доходного дома № 10, выстроенного "покоем" в конце XIX в.

Один из самых небольших переулков в этом районе - Петроверигский - получил свое необычное для современного слуха название от "вериг", т. е. цепей, в которые был закован в темнице апостол Петр царем Иудеи Иродом Агриппой, но ангел чудесным образом освободил его от оков. Поклонение "веригам" и сейчас еще распространено - в Риме, в одной из церквей вериги даже демонстрируются посетителям, как, впрочем, показываются и несколько других экземпляров все "тех же" вериг в нескольких церквах по всему миру.

Здесь, в Москве, в этом переулке находилась церковь "Поклонения честным веригам святого апостола Петра", выстроенная в 1669 г. боярином И. Д. Милославским в воспоминание брака его дочери с царем Алексеем Михайловичем, совершенным в день памяти вериг апостола. Церковь была упразднена и разрушена в 1844 г., и на месте ее алтаря поставили столб с памятной надписью. В мае 1923 г. его снесли. Он, как и церковь, стоял примерно на том месте, где находится закругленная часть здания (№ 6), выстроенного в 1929 - 1931 гг. (архитектор Г. М. Данкман) для коммунистического университета нацменьшинств Запада.

В Петроверигском переулке сохранился замечательный архитектурный и исторический памятник - дом № 4, связанный в нашей памяти прежде всего с семьей И. П. Тургенева, жившего здесь в 1803 - 1807 гг. Дом стоит на высокой горке, и в то время, когда вокруг не было высоких зданий, вид из него был замечательный: А. И. Тургенев писал, что "все Замоскворечье и Воробьевы горы видны". Семья Тургеневых хорошо известна в летописях русской культуры: ее глава Иван Петрович Тургенев, директор Московского университета, один из ближайших сотрудников просветителя Н. И. Новикова, и его сыновья - старший Андрей, поэт, друг Жуковского, Александр, сделавший большой вклад в развитие русской истории бесценными находками в иностранных архивах, друг Пушкина, Сергей, убежденный враг деспотизма и крепостничества, и, наконец, Николай, декабрист, борец против крепостного права и писатель. Этот дом посещали В. А. Жуковский, Н. М. Карамзин, М. М. Херасков.

В 1807 г. И. П. Тургенев умирает, сыновья его постоянно живут в Петербурге, и в следующем году дом продается "дерптскому первостатейному купцу" Христиану Фе. В 1812 г. дом сгорел и был отстроен только через несколько лет. 12 октября 1832 г. его купил с аукционного торга богатый купец-чаеторговец П. К. Боткин. В архиве сохранился документ, подробно описывающий дом и участок в то время. Главный дом еще не был полностью восстановлен, рядом с ним вниз по склону расстилался большой фруктовый сад.

Купеческая семья Боткиных сыграла выдающуюся роль в истории русской культуры - из нее вышли врач Сергей, писатель Василий, художник Михаил. "Дом Боткиных, - вспоминал современник, - принадлежал к самым образованным и интеллигентным купеческим домам в Москве. В нем сосредоточивались представители всех родов художеств, искусства и литературы, а по радушию и приветливости хозяев ему не было равных". В доме бывали Н. В. Гоголь, А. И. Герцен, И. С. Тургенев, Л. Н. Толстой, жил В. Г. Белинский. Для А. А. Фета этот дом был родным - одна из сестер Боткиных была его женой. В нижнем этаже дома в 1850 - 1851 гг. жил историк, профессор Московского университета Т. Н. Грановский. В фирме Боткиных работал отец знаменитого физика П. Н. Лебедева, который, по исследованиям москвоведа В. В. Сорокина, родился в правой пристройке к главному дому. Позднее его родители владели участком на углу этого переулка и Маросейки (дом № 10/1).

Перед большевистским переворотом 1917 г. дом принадлежал Н. И. Гучкову, женатому на дочери П. П. Боткина, директору товарищества чайной фирмы и гласному Московской городской думы.

Рядом - здание Института профилактической кардиологии (№ 10), перед которым установлен памятник терапевту-кардиологу А. Л. Мясникову (скульптор М. П. Оленин). Институт размещается в здании мужского лютеранского Петропавловского училища, построенном в 1912 - 1916 гг. (архитектор О. В. Дессин). Ранее на этом месте находился старинный дом, которым на протяжении многих лет владели представители вельможных русских фамилий - так, в экспликации к плану 1758 г. он назван принадлежащим генерал-майорше А. С. Волынской, потом княгине Т. В. Черкасской, за ней действительному тайному советнику П. И. Измайлову, князьям Мещерским, а уже после пожара 1812 г. его купил "мануфактур-советник", богатый купец Г. П. Чероков. В 1858 - 1865 гг. им владел тот же В. А. Кокорев, у которого был дом в Большом Трехсвятительском переулке. Купив это большое здание у Г. П. Черокова, Кокорев пристраивает к нему помещение для своей знаменитой картинной галереи, в которой было много известных произведений - портреты кисти Брюллова, Боровиковского, Левицкого, пейзажи Айвазовского, Щедрина и многие другие. В доме был оборудован и лекционный зал, где проходили публичные лекции, выступали писатели и артисты. Так, в апреле 1864 г. на "литературном утре" выступили Ф. М. Достоевский, А. Н. Островский, А. Н. Плещеев, артист Малого театра С. В. Шумский.

В 1865 г. этот дом приобрело Петропавловское училище, в котором учились физик П. Н. Лебедев, будущий советский публицист и дипломат В. В. Боровский и известный драматический артист М. М. Штраух.

Параллельно Старосадскому по склону холма проходит один из самых длинных здесь переулков - Большой Спасоглинищевский (ранее ул. Архипова, по фамилии известного русского художника, жившего короткое время в доме № 4), названный по церкви Спаса, "что в Глинищах". Урочище "Глинищи" впервые упоминается в духовной старца Симонова монастыря Адриана Ярлыка 1460 г.: "А загородный свой двор у святого Спаса на Глинищах, свою куплю, и с огородом, а то дал есми Фролу Яковлю и его жене и детям".

Спасская церковь, сломанная в 1931 г., находилась на месте жилого дома № 17 по Лубянскому (Серова) проезду. Церковь эта считалась произведением самого Баженова, была замечательно красива, особенно был хорош ее мощный купол, украшенный красивыми трехчастными окнами. Постройка новой церкви была начата в конце 1770-х гг. богатым прихожанином, коммерции советником Александром Уваровым, владевшим большим и роскошным домом в Большом Спасоглинищевском переулке (№ 4). Дом этот был построен в самом конце XVIII в. и включил в себя более старые строения. В нем были не только жилые помещения, но и торговые лавки и винные склады - владелец был виноторговцем. В газете "Московские ведомости" в марте 1786 г. читатели могли прочесть такое объявление: "В доме Московского именитого гражданина Александра Уварова, в имеющемся у него питейном погребе, продается вновь привезенный самой лучший вест-индский ром, ценою анкер 21 руб., ведро 7 руб., Эрмитаж, шато-марго, пиво Англинское и портер, водки вейновые, и ликер французский и коньяк".

Протяженный фасад здания в Спасоглинищевском переулке оживлен декоративными деталями хорошего рисунка, ионическими колонками и рустом на первом этаже. Считается, что дом построен по проекту М. Ф. Казакова, однако подтверждений этому нет. В 1807 г. А. Я. Уваров продал дом и усадьбу за 65 тыс. руб. петербургскому купцу И. В. Кусову, а тот в 1820 г. московским богачам Усаче-вым, которые подарили в 1832 г. дом Императорскому Человеколюбивому обществу "для богоугодного заведения и помещения обоего пола страждущих людей". Но вместо всего этого чиновники общества устроили тут свое правление, а позднее в доме находились обычные квартиры, сдававшиеся внаем.

Дом № 6 на углу с Малым Спасоглинищевским переулком построен в 1912 - 1913 гг. архитектором Д. М. Челищевым, дом №8 - в 1920-х гг., в нем в 1938 г. жил выдающийся шахматист Э. Ласкер, а в 1950-х гг. - известный писатель-фантаст И. А. Ефремов.

Здание с торжественной колоннадой (№ 10) - главная московская синагога - построено между 1893 и 1896 гг. архитектором С. С. Эйбушитцем, но участок для нее был приобретен еще в 1886 г. Интерьеры синагоги переделаны по проекту Р. И. Клейна в 1906 г.

Бывший переулок кончается у Солянки домом (№ 9/1), построенным в 1790-х гг. капитаном А. И. Алабовым. По его фамилии местность здесь называлась Алабовой горой, а переулок Алабовским. Внутри бывшего участка Алабова торцом к улице стоят каменные палаты XVIII в.

От Солянки круто в гору поднимается улица Забелина, до 1961 г. Большой Ивановский переулок. В начале - целый комплекс жилых домов (№ 2), возведенных по проекту В. В. Шервуда, И. А. Германа и А. Е. Сергеева в 1913 - 1915 гг. Он граничит со стеной бывшего Ивановского монастыря, от которого получил свое старое название переулок.

Основан монастырь был, возможно, в 1530-х гг. Еленой Глинской в память рождения сына, будущего царя Ивана Грозного. Монастырь много раз горел и перестраивался, а после пожара 1812 г. был упразднен, соборная церковь Иоанна Предтечи обращена в приходскую, в кельях же поселились служащие Синодальной типографии.

В 1859 г. было позволено восстановить монастырь, на средства, завещанные подполковницей Е. А. Макаровой-Зубачевой. Ее душеприказчицей стала "яркий тип купеческого бабьего самодурства" М. А. Мазурина, и, как рассказывает бытописатель прошлого столетия, она начала свою деятельность с того, что "выгнала всех синодальных служащих и священника, сломала все прежние здания, вывела фундаменты для новых, построила великолепную каменную ограду вокруг всего монастыря, и дальше дело застопорилось. Она в течение более десятка лет упорно отказывалась от достройки монастыря, вероятно, потому, что по поверью, существующему среди московского купечества и духовенства, в новой церкви первым покойником должен быть храмоздатель. Умирать же ей не хотелось, и она не торопилась с окончанием постройки".

Только через двадцать лет строительство закончилось. Проект зданий монастыря принадлежал архитектору М. Д. Быковскому. Главный собор с его величественным куполом, на формы которого, возможно, оказал влияние купол собора Санта Мария дель Фиоре во Флоренции знаменитого Ф. Брунеллески, хорошо виден издали. Он также, как и его флорентийский прообраз, во многом определяет архитектурный пейзаж в этом уголке города.

Под монастырскими стенами издавна шумела ярмарка, собиравшаяся ежегодно 29 августа. Здания монастыря неоднократно использовались как тюрьма. Здесь были заключены Мария Шуйская, жена злополучного царя Василия, Пелагея Михайловна, вторая жена царевича Ивана Ивановича, сюда же была прислана женщина, нареченная в монашестве Досифеей, - возможно, дочь Елизаветы Петровны княжна Августа Тараканова. Здесь же была заключена в темницу мучительница своих крепостных Салтычиха. Эту традицию продолжили большевики - почти сразу же после взятия власти они устроили в монастыре концлагерь.

На левой стороне улицы Забелина в глубине участка (№ 3) находится многократно перестроенный дом, принадлежавший в середине XVIII в. секретарю губернской канцелярии А. П. Казакову, чьи палаты сохранились в составе этого здания.

Места использования:
[Главная] [Карта сайта] [pokrovka@narod.ru]
Hosted by uCoz