14 Район улиц Б. Хмельницкого (Маросейки) и Чернышевского (Покровки)

14 Район улиц Б. Хмельницкого (Маросейки) и Чернышевского (Покровки)

Район улиц Б. Хмельницкого (Маросейки) и Чернышевского (Покровки)

Обе улицы являются отрезками одной дороги, которая возникла, возможно, лишь около XV в. Устройство в стене Китай-города Ильинских ворот свидетельствует, что в первой трети XVI в. Ильинка (ныне ул. Куйбышева) продолжалась за его пределами достаточно развитой загородной радиальной трассой. Она стала называться Покровской улицей по известному с 1479 г. Покровскому великокняжескому монастырю, поставленному, возможно, как “сторож” этой дороги (примерно на месте двора д.2).| В дальнейшем, после упразднения монастыря, его церковь стала приходской, однако в XVIII в. она почти лишилась прихожан (прямо против нее через улицу стояла церковь Николы в Блинниках - см. № 163) и была снесена около 1778 г. при организации усадьбы В. П. и А. К. Разумовских (см. № 173). |

Первое время Покровка оставалась слабо заселенной. Великокняжеские сады к югу от нее лишь начинали вытесняться загородными усадьбами знати. Рядом с ними, ниже Покровского монастыря, были выработки гончарной глины - “глинища”; еще и в XVII в. здесь, за Ильинскими воротами, существовал Горшечный ряд. Дальше, у церкви Успения (стояла на месте д. 5 по ул.Чернышевского), была слобода котельников; видимо, когда дорога стала городской улицей, слободу перевели в Заяузье. Здесь же, у Поганого пруда (ныне Чистые пруды), при Иване Грозном стоял Литовский посольский двор, переведенный с Успенского вражка, скорее всего, в связи с расселением вдоль Никитской улицы слобод при Опричном дворе, - еще одно свидетельство того, что район Покровки считался малолюдным, поскольку иностранцев в то время старались селить изолированно (см. статью “Район улицы Герцена”). Однако заселение шло быстро: система кварталов уже сложилась к концу XVI в. (показана на Петровом плане).

В XVII в. по Покровке пролег путь в загородные царские усадьбы. К тому же на линии Покровки находился единственный выход из самого широкого сектора внутри стен Белого города (от Мясницкой до Солянки) - Покровские ворота. Поэтому движение по ней было особенно оживленным. По составу жителей район отличался особым разнообразием. В начале улицы в первой половине XVII в. жило много “немцев”, то есть иностранцев европейского происхождения. Среди иностранцев, оставшихся здесь после общего переселения “немцев” в Немецкую слободу, были такие заметные люди, как ганзейский купец Д. Н. Рутц, владевший большим двором с палатами (д. 9 - 11). На его же участке по другую сторону улицы одно время помещался Посольский двор (возможно, в период отстройки основного - в Китай-городе - после пожара); при проезде послов вдоль улицы, хотя и затесненной харчевыми, мясными и другими лавками в некоторых местах до ширины всего 6-8 м, выстраивался почетный караул конных стрельцов и дворян. Среди групп стрелецких и других мелких дворов выделялись немногочисленные еще усадьбы крупной знати (усадьба Куракиных на месте нынешних д. 12-14; сохранялась за теми же владельцами до XIX в.). Во многих дворах, как по улице, так и в переулках, уже появлялись каменные палаты. Армянский переулок назывался тогда Артамоновым, по владениям Артамона Сергеевича Матвеева (по литературным сведениям, его усадьба находилась против построенной им же церкви Николы у Столпа или в Столпах, то есть на месте нынешних д. 7-9; в XVIII в. это владение принадлежало потомкам Матвеева, Мещерским, и в глубине двора еще стояли обширные, сильно обветшавшие палаты, развернутые параллельно линии переулка, с домовой церковью в южном торце; они были разобраны в конце века). Вокруг Артамонова переулка начинала, видимо, формироваться армянская колония. Для местных жителей самым заметным оказалось Малороссийское подворье (на месте д. 9), расположившееся на землях выселенных из города “немцев”. Просторечное название первого отрезка улицы “Маросейка” (“Малороссейка”) удержалось до XIX в., когда оно стало официальным.

В первой половине XVIII в. Покровка была “дублером” Мясницкой как путь из центра города в Преображенское, Лефортово и Немецкую слободу. До сноса стены Белого города в 1770-х гг. сохранялось и ее исключительное транзитное значение. Это стимулировало застройку красной линии, и прежде всего - торговыми зданиями. Среди них было необычно много каменных, в том числе одна из первых, еще петровских времен, частных аптек в Москве, стоявшая на правом углу нынешнего Потаповского переулка. Аптекарский “огород”, то есть сад с лекарственными травами, помещался напротив, на месте д. 6 по улице Чернышевского.

В большинстве крупных усадеб палаты располагались еще в глубине двора. Улица оставалась неблагоустроенной. Расширению препятствовали стоявшие по линии улицы каменные здания. Особенно тесно было в наиболее оживленных местах; так, у Потаповского переулка за красную линию выступали церковь Успения, окруженная еще и каменной оградой, аптека и палаты Барятинских рядом с ней (оба здания - на месте д. 7), а напротив, на месте д. 8, - два небольших каменных корпуса. Церковь Троицы на Грязях еще и в это время отвечала своему названию: против нее улицу пересекала Рачка, перекрытая деревянным мостом.

Лишь во второй половине XVIII в. и в 1800-х гг. Покровка приобретает более парадно-дворянский характер. Древние палаты в глубине дворов заменяются нарядными домами по линии улицы: улица Б.Хмельницкого 7 (не существует); улица Б.Хмельницкого, 6; улица Чернышевского, 3. Строится ряд домов и в менее крупных усадьбах, а новые большие усадьбы с классическими дворцами возникают за счет объединения мелких дворов (ул. Б. Хмельницкого, 17). Градостроительное регулирование в этот период подчеркивает ориентацию отдельных отрезков улицы на вертикали церквей, стоящих на ее изгибах.

Интересно, что вокруг Покровки в XVIII в. охотно селились архитекторы. Еще в первой половине века в глубине квартала за церковью Троицы на Грязях был двор И.Ф.Мичурина. Усадьбу В.П.Разумовской в начале улицы составил из нескольких владений К. И. Бланк. У Златоустинского монастыря купил двор с палатами М. Ф. Казаков, а в домах, смежных с садом палат Сверчковых, где помещалось последовательно несколько архитектурных учреждений, поселились сын Казакова -М.М.Казаков - и И.А.Селехов (Девяткин пер., 1 и 5). Можно добавить, что за Покровскими воротами на месте д. 19 был двор П.В.Макулова.

В первые десятилетия после пожара Москвы 1812 г. улица заполнилась невысокими, преимущественно доходными зданиями. Их горизонтальная протяженность и однотипная, подчеркнуто скромная архитектура создали как бы ровный фон для более крупных и нарядных зданий предыдущего периода; улица стала образцом классического городского ансамбля. Но уже в середине XIX в. эти здания начали перестраивать и расширять; вскоре линия застройки утратила почти все значительные разрывы.

В начале XX в. на Покровке появилось несколько крупных и эффектных доходных и торговых домов. Однако она не успела стать такой “европейской” улицей, как соседние с ней Ильинка или Мясницкая. В ее застройке сохранилось все разнообразие эпох и стилей, смягчающее контрасты и делающее ее облик особенно полным и богатым. Невосполнимой утратой является лишь снос церкви Успения.

Район улиц Б.Хмельницкого (Маросейки) и Чернышевского (Покровки).